Инферно фильм краткое содержание. Правда или вымысел? Разрушаем мифы из фильма «Инферно

В октябре 2016 года сначала в мировой, а спустя неделю и в российский прокат вышел третий фильм о профессоре Лэнгдоне — «Инферно». Если предыдущие две картины «Код Давинчи» и «Ангелы и Демоны», как и сами книги Дэна Брауна, на основе которых они были сняты, представляют из себя запутанный клубок из вложенных идей и смыслов, то основной посыл романа и фильма «Инферно» лежит на поверхности. Вызывает удивление только то, что главные идеи, продвигаемые произведением в печатном варианте и на экране - абсолютно разные, что стало причиной недовольства не только простых зрителей, прочитавших ранее книгу, но и западных кинокритиков, поставивших фильму крайне низкую оценку. Чем остались недовольны и те и другие, станет понятно из этой статьи.

Сюжет книги описывает историю учёного-миллиардера Зобриста, который пришёл к выводу, что нынешние темпы роста населения планеты неизбежно закончатся глобальной катастрофой, вызванной нехваткой ресурсов. Для спасения будущего человечества учёный, являющийся ярым поклонником творчества Данте, изобрёл вирус, который сможет быстро сократить «лишнюю» часть населения. На протяжении всего романа читателя, следящего за тем, как профессор Лэнгдон и спасшая его медсестра Сиенна пытаются предотвратить катастрофу, параллельно погружают в детальное описание всех тех ужасов, которые начнутся в ближайшее время на нашей планете в связи с нехваткой ресурсов. Всё это проецируется в сознание читателя через символику и образность картины Боттичелли «Карта ада», иллюстрирующей часть «Божественной комедии» Данте.

В результате к последним страницам романа большинство фанатов Дэна Брауна уже приходят с мыслями, что учёный, собственно, не злодей, а настоящий спаситель, и начинают искренне сопереживать той идее, которую он продвигает. Переформатированных читателей к тому же ждёт своеобразный «хэппи-энд» в форме того, что планы Зобриста воплощаются в реальность, вирус распространяется, а главные герои, в конце концов, и сами соглашаются, что для человечества так будет лучше. К тому же выясняется, что, так как учёный очень любил людей, то он решил сократить население, никого не убивая, а сделав треть всего человечества бесплодным с помощью созданного им вируса.

То есть роман Дэна Брауна «Инферно» ставит читателя перед ложным выбором из двух зол - глобальная катастрофа или резкое сокращение населения, и подводит читателя к безальтернативности второго пути в его мягкой форме (через стерилизацию, а не через убийство). Если кто-то сомневается в реальности самой проблемы, поднимаемой в романе, или наличия влиятельных сторонников кардинальных методов её решения, рекомендуем ознакомиться с двумя видеороликами.

В первом видео Анатолий Чубайс, выступая на Международном форуме по нанотехнологиям в 2011 году, рассказывает о том, что серьёзные группы учёных предрекают сокращение населения планеты до 1,5 миллиардов к концу 21 века (5-11 минуты видео). Делая такие страшные прогнозы, непотопляемый Анатолий Борисович агитирует активнее развивать в России медицину, энергетику и промышленность, чтобы предотвратить пессимистичные сценарии будущего. Судя по тому, какой бюджет поглотила и каких достижений в последние годы достигла на этом поприще возглавляемая им корпорация Роснано (*практически никаких), лично его сокращение «невписавшегося в рынок» населения в 3-4 раза вполне устраивает.

Во втором видео глава Курчатовского института Михаил Ковальчук, выступая на заседании Совета Федерации в 2015 году, подробно рассказывает о современных технологиях управления размножением населения (продвижение извращений, идеологии чайлдфри, ГМО и т.д.) и уже применяемых методах формирования породы «служебных людей».

А теперь вернёмся к картине «Инферно». Посыл книги, хоть и носит откровенно деструктивный характер, но как минимум вполне логичен и чётко отражает, на чьей стороне автор романа. А вот сам фильм получился абсурдным, так как создатели сохранили основное содержание, но полностью изменили концовку. Основа осталась той же - за Лэнгдоном и его подругой всё также гоняются спецслужбы и отряды Всемирной организации здравоохранения, в воображении профессора постоянно всплывают картины ада, учёный Зобрист и его последователи уверенно и в ярких красках рассказывают о необходимости сокращения населения и так далее - но в финале… главные герои успевают предотвратить катастрофу и изолировать вирус.

В результате учёный из гения, каким его пытался изобразить Дэн Браун (по книге Зобрист сразу распылил вирус, и вся беготня главных героев была уже бессмысленной, о чём читатель, естественно, узнаёт в самом конце), превратился в типичного глупого злодея, который вместо того, чтобы просто реализовать свой замысел, придумал каламбур с множеством любопытных, но неуместных в общем сюжете загадок.

Проблема истощения ресурсов, послужившая главной причиной деятельности Зобриста, в фильме хоть и поднимается и даже проходит красной линией через большую часть сюжета, в финале остаётся не только без какого-либо ответа, но оказывается даже дискредитированной личностью самого Зобриста, выставленного глупцом. Всемирная организация здравоохранения, которая в книге, в конце концов, поддержала идею Зобриста, да и в реальности продвигающая всевозможные программы контроля рождаемости (читай «сокращения населения»), толерантности (неразличения добра и зла), секспросвета (растления детей), защиты прав ребёнка (платформа для Ювенальной юстиции), в фильме показана самоотверженным борцом со злом, ратующем только о безопасности граждан.

В итоге фильм представляет собой хоть и динамичную, но бессмысленную жвачку, просмотр которой неприятен с точки зрения нелогичности событий на экране и вреден с точки зрения не только отсутствия какого-либо конструктивного решения, но и дискредитации важной проблемы. Нельзя даже сказать, что фильм сильно пиарит саму книгу, так как служит скорее антирекламой, за что, по всей видимости, и получил такой низкий рейтинг среди иностранных критиков (20% положительных, 80% отрицательных рецензий). При этом сама путаница в продвигаемой книгой и фильмом идеологии служит наглядным примером того, что в Голливуде тоже бывают «творческие кризисы», либо того, что обозначенный выше сценарий устраивает далеко не всех, и его сливают по принципу «взял работу и сделал её так, что лучше бы вообще не делал». Второй вариант более вероятен.

Что касается главного вопроса, затронутого в рецензии, то делая ставку только на технологии, как это предлагал Чубайс, и уж тем более на продвигаемую сегодня деградацию масс, как основу для их утилизации (о чём предупредил парламентариев Ковальчук), выйти из глобального кризиса человечеству вряд ли удастся. Надо менять концепцию управления, которая завела человечество в этот тупик, а вместе с ней и сознание общества, ориентированное сегодня на потребительские идеалы и ценности. Чубайсы и ему подобные горе-управленцы этим заниматься точно не будут. А других пока очень мало.

Наркотики: Отсутствуют.

Секс: Одна постельная сцена без демонстрации оголённых частей тела.

Насили: Кадры жестоких убийств, в том числе в исполнении женских персонажей. Реалистичные сцены апокалипсиса и ада, всплывающие в сознании главного героя.

После весьма прибыльных, но не столь объективно успешных проектов "Код Да Винчи" и "Ангелы и Демоны" выходит в свет третья адаптация книг Дэна Брауна (Dan Brown) с теми же самыми лицами "у руля": режиссёром Роном Ховардом (Ron Howard) и весьма постаревшим Томом Хэнксом (Tom Hanks) в главной роли. Тем самым можно отметить очередную попытку нажиться на достаточно слабом исходном материале книг, фильмы по которым снискали почему-то неслыханную популярность у нас в России. Зритель уже мог много раз наблюдать примерно один и тот же сюжет спасения мира от био-угрозы, поэтому замена Джеймса Бонда на профессора истории спасает положение не сильно. На сей раз нас ожидает достаточно динамичный "горячий" триллер под не менее пафосным и символичным названием "Инферно". Уже традиционно Том Хэнкс играет роль профессора истории искусств и криптолога Роберта Лэнгдона (Robert Langdon) . Снова ему предстоит путешествовать по всей Европе в компании молоденькой помощницы (в исполнении Фелисити Джонс (Felicity Jones) ) и решать различные головоломки с целью найти смертельный вирус. На сей раз в качестве основного "оружия" профессора будут подсказки из поэм Данте и прочие произведения искусства.

Пока обзор фильма Инферно начался, рассмотрим основные моменты. Несмотря на то, что многие повороты сюжета уже весьма предсказуемы и не смогут удивить, преподнесены и выполнены они в талантливой манере, чтобы получить-таки свою порцию удовлетворения во время просмотра фильма. Очень помогает в таком нелёгком деле поддержка хороших второстепенных ролей, среди которых: Сидсе Бабетт Кнудсен (Sidse Babett Knudsen), Бэн Фостер (Ben Foster), Ирфан Хан (Irrfan Khan), и Омар Си (Omar Sy). В догонку "Иферно" приправлено бьющим в цель визуальным рядом в сказочной и слегка мечтательной манере и на выходе вновь получается очень хорошее кино, которое с некоторыми огороворками можно было бы считать лучшим в серии, если бы оно не повторяло столь заезженные приёмы прошлых частей.

Пролог фильма очень бодро вводит нас в курс дела при помощи контрастного монтажа, когда мы видим довольно скучную конференцию, которая сменяется погоней за миллиардером-биологом Бертраном Зобристом (Bertrand Zobrist) по улицам Флоренции. Сначала он осуждает проблему мировой перенаселённости (его можно понять!), а потом за ним гонятся спецслужбы в вечерние или утренние часы - это трудно понять... Конкретное время размыто по задумке режиссёра, ведь главное тут магический тёплый эффект освещения, падающего на старинные каменистые постройки и уютные улочки Италии, - прекрасная работа оператора Сальвадора Тотино (Salvatore Totino) , которая будет "вытаскивать" фильм ещё не раз, наполняя его ощущением волшебной, изящной красоты. Напряжённая погоня заканчивается тем, что Зобрист выбрасывается с крыши колокольни, предпочитая не сдаваться в руки Брюдеру (в исполнении Омара Си (Omar Sy)), агенту какой-то там неопределённой спецслужбы.

И тут конечно же невероятное совпадение, что оказывается гарвардский профессор Роберт Лэнгдон также в этот момент находится во Флоренции, правда понятия не имеет как там оказался. Он просыпается с травмой головы в больнице под присмотром миловидной девушки-врача Сиены Брукс (Sienna Brooks) . Она объясняет, как Роберт попал в больницу несколько дней назад и что у него временная амнезия/потеря памяти из-за травмы головы, но беседа прерывается когда внезапно появляется очередной агент в лице женщины по имени Вайента (в исполнении Аны Улару (Ana Ularu)) и открывает огонь по Лэнгдону. Вот такой резкий поворот в фильме, забегая вперёд можно сказать, что таких "всплесков" будет много и заснуть он точно не даст.

Сиена помогает сбежать и пока они направляются в квартиру девушки, Лэнгдона буквально накрывают ужасные видения изуродованных, подвергающихся пыткам людей, загадочной женщины с лицом закрытым вуалью и крепко-сложенного странного человека. А ещё интересная отсылка к наследию фильма "Сияние" представлена в виде крови, хлещущей литрами из разбивающихся окон, - достаточно мощный и красивый визуальный эффект, стоит отметить. Конечно же со временем все эти тайны будут разгаданы и смысл раскрыт зрителю в полной мере.

Перефразируя Данте (в фильме это делают на каждом шагу) на наш манер можно сказать, что Лэнгдон просто следует простой и старой как мир поговорке: "Кто ищет - тот найдёт!". Недолго думая, резкое и насыщенное начало фильма перетекает в такое же сумасшедшее приключение. Используя любой доступный транспорт: самолёты, поезда и автомобили, наши герои (которые теперь работают в паре) узнают, что Зобрист был фанатичным защитником природы, и планировал выпустить смертельный вирус в течении 24 часов, который смог бы убить всё население планеты Земля за бездумное потребление ресурсов родного "голубого шарика". Зобрист оставил многочисленные подсказки для мистических последователей, они в свою очередь приводят профессора с его новой подругой к поискам в самых различных частях света: начиная от репродукции картины Ботичелли "Карта Ада", заканчивая путешествием по Венеции и Станбулу, - список локаций, мест и арт-объектов в фильме огромен.

В кинокартине "Инферно" удаётся талантливо обыграть сразу два момента. Во-первых, создание потрясающего протагониста-злодея с громким именем Зобрист - этот интересный сам по себе человек преследовал весьма прозрачную и понятную зрителю цель создать смертельный вирус и тем самым наказать человечество за все "грехи". Гениальность этого персонажа ещё и в том, что злодеем в конечном счёте выступает не сам Зобрист (ведь он умирает в самом начале), а беспощадное время, которое играет против героев и вынуждает максимально ускорить события, держа в напряжении до самого конца. Во-вторых, сценарий довольно грамотно и неожиданно лишает главного героя профессора Роберта Лэнгдона его главного "оружия" в этой битве - его мозга. Страдая от травмы головы и кошмарных галюцинаций в стиле Иеронима Босха, досаждающий образ "всезнайки" из первых двух фильмов испаряется, уступая место непривычно ранимому и по-сути зависимому от своей напарницы Сиенны Брукс человеку, нуждающемуся в помощи. Девушка подходит в напарницы безупречно, будучи одарённая с рождения, она находит наслаждение в этом безумном марафоне и одержимостью Данте. Последнее хобби Сиенны позволяет ей даже местами предвосхитить трудности решения головоломок по ходу фильма, в особенности во время поисков подсказок в Венеции, но на самом деле её отличитильные способности и вовсе дают повод засомневаться, не смогла ли она всё это сделать быстрее самостоятельно, без помощи профессора?

Помимо всей это заморочки с поисками и загадками, блуждая в потёмках непостоянного очарования Тома Хэнкса в попытке оживить своего угрюмого персонажа профессора, сюжет преподносит отдельные интригующие элементы в форме супер-влиятельной теневой частной фирмы под названием "Консорциум" , а также Всемирной Оздоровительной Организации наполовину состоящей из отряда быстрого реагирования под контролем Элизабет Сински (Elizabeth Sinskey) , которая оказывается бывшим любовным интересом Лэнгдона. В этой выдуманной реальности данная организация наделена неслабыми полномочиями, используя грубую военную силу чтобы "проникать за запертые двери", держа на подхвате частные самолёты... В общем, сплошная фантастика и в реализм подобного верится с большим трудом даже в рамках глобальной угрозы.

Как только прогулки по музеям начинают утомлять, режиссёр своевременно разбавляет действие появлением интересных личностей, которые способны немного встярхнуть образовавшийся застой. Одному из таких сюрпризов кино обязано персонажу Гарри Симсу (в исполнении Ирфан Хана (Irrfan Khan)), который является загодным главарём вышеупомянутой организации "Консорсиум". Всё что он делает по ходу фильма - это пытается "вставлять всем палки в колёса" и путать планы, притом делает он это чертовски хорошо, буквально спасая вторую половину фильма от унылости.
Омару Си и Сидсе Бабетт Кнудсен досталось гораздо меньше экранного времени, но и в рамках их ролей можно наблюдать успешную попытку вдохнуть жизнь и очарование в своих "бумажных прототипов", вызывая однозначный и неподдельный интерес. Сюжет "Инферно" по большей части определяется закрученными хитросплетениями оригинальной истории из книги Дэна Брауна, с соответствующими медленно-текущими интригами и развязками, вводя зрителя в заблуждение, что любой участник этой драмы может быть потенциальным предателем, шпионом или последователем Зобриста. В конце концов, посыл сказочки буквально гласит: не доверять никому моложе 35, особенно подросткам, которые хорошо обращаются с техникой и прочими технически сложными гаджетами.

В остальном, за исключением добавления новенькой миловидной докторши-напарницы Лэнгдона, фильм пребывает в жёстких канонах предыдущих частей и не планирует хвастаться новыми искромётными идеями. На протяжении всего сеанса "Инферно" можно наблюдать примерно следующее: профессор Лэнгдон гоняется на время по туристическим уголкам Италии попутно уничтожая произведения искусства так или иначе связанные с Данте в попытке отыскать подсказки для решения основной головоломки. За ним по пятам неутомимо гонятся наёмные убийцы, каким-то образом также разгадывая те же самые наводки, а также сотрудники интернациональных агенств проявляют во всей это заварушке недвусмысленный интерес. Примерно вокруг этих событий и крутится весь кинофильм от начала до конца. Снято всё невероятно живописно, пафосно и просто на современный манер красиво, у зрителя появляется шанс вместе с главными героями рассказа пробежаться по Флоренции из Садов Боболи до галлереи Уфицци. Более того, фильм так яростно пытается уничтожить "в порыве страсти" всемирно известные произведения искусства, что порой кажется, что в следующем кадре появится скульптура Давида работы Микелланджело с табличкой "Ударьте меня".

"Инферно" можно охарактеризровать как большой бургер, в начинке которого присутствуют теории конспирации, путеводитель по культурным ценностям и путаница с историей. Однако стоит добавить в блюдо всеми любимого Тома Хэнкса в главной роли, привлекательную и манящую как ломтик плавленного сыра молоденькую ассистентку, и сдобрить сверху специальным музыкальным "соусом" от "шеф-повара" Ханса Циммера (Hans Zimmer ) - и получим долгожданный хит-блокбастер, который работает должным/ожидаемым образом. И этот бургер все без исключения хотят попробовать. Этот феномен как слегка эволюционировавший экземпляр фаст-фуда, более культурно питательный чем любой другой "экшн"-фильм, но всё ещё высококалорийный и традиционно вкусный до безумия, если продолжать проводить аналогии с едой.

Финальные мысли, подводящие обзор фильма Инферно к логическому концу: если внимательно проанализировать оригинальную книгу Дэна Брауна и получившийся сюжет фильма, то можно обнаружить существенные расхождения. Чтобы не раскрывать подробности, можно сказать так: те, кто по книге обнаруживаются в конце "плохими парнями", в киноадаптации это будут совсем другие люди, а не те, кого ожидаешь увидеть. Вдобавок, концовка книги странным образом мрачная, предполагая некое презрение к человечеству автора на манер Зобриста. Подобные существенные отличия фильма/книги сами по себе любопытны и непривычны. Возможно это намёк на то, что создатели кино не очень-то заботились о чувствах реальных читателей книги и решили проигнорировать их возможное беззвучное мнение. В конце концов это не какая-то там бессмертная классика, а просто Дэн Браун. На самом деле есть предположение, что подобный контраст был и вовсе задуман в качестве шутливой намеренной подколки читателей, попытка "вырвать ковёр из под ног" внезапно и шокирующе, чтобы создать свежее ощущение напряжённого ожидания. Как бы там ни было - основной материал книги передан элегантно в ощущении течения ритма, с поправками на монтаж и более визуально-направленный стиль пересказа.

К сожалению, большинство открытий и сюжетных завитков легко предугадать даже не сталкиваясь с книгой Брауна, а глобальный и самый важный вопрос в фильме об этике человеческого будущего в свете перенаселённости (реально интересный философский вопрос) - затмевается простым позёрством "плохих парней". Для кино, в котором вроде как большинство героев и персонажей подразумеваются интеллектуально умными и сообразительными сюжет мог бы быть чуть более доработанным и внимательным к деталям. Теперь обзор фильма Инферно подходит к финалу и можно вынести окончательный вердикт: экранизация получилась вполне достойной (по крайней мере точно достойной быть частью трилогии), собранной и сбалансированной, с великолепной тематичной озвучкой и в некотором смысле универсальной, расчитанной на широкую зрительскую аудиторию с различными жанровыми предпочтениями и даже возрастными категориями. Для более молодых в кинофильме припрятан экшн и драйв, старшему поколению однозначно будут интересны исторические культурные отсылки и просто первоклассная синематография в самых популярных туристических городах Европы. Поэтому с небольшой натяжкой "Инферно" можно считать хорошим семейным времяпрепровождением, разве что детям тут делат нечего, и не из-за наличия "взрослого" содержания (ничего такого там нет), а именно из-за некоторой сложности подачи материала, которую точно не оценит маленькая аудитория и сочтёт неимоверно скучной.

Получился ли фильм в итоге и стоит ли его смотреть? Однозначное "ДА"! Ибо в кино есть все составляющие успеха и они не просто собраны вместе в хаотичном порядке, а именно гармонично и правильно сложены в целостный пазл со всеми атрибутами для приятного просмотра. Кино может разве что не понравится поклонникам книги, по которой он снят, из-за некоторых намеренных расхождений. Поэтому, как всегда будет не лишним отбросить всякое предвзятое мнение перед просмотром и наслаждаться действительно хорошим (что редко) кинофильмом, в котором можно найти всего понеможку с непременно качественной реализацией каждой отдельной крупицы. И в самом конце хочется сказать, что лучше и ярче всего фильмом смогут насладиться люди, малознакомые с прошлыми частями теперь уже трилогии. А всё потому, что имено они не испытают во время просмотра ощущения "дежа вю" прошлых экранизаций, ведь от этой проблемы создателям избавиться не удалось и не очень понятно, возможно ли это в принципе...?

Трейлер фильма Инферно:

    Оценил книгу

    Итак, Дэн-не-к-ночи-будь-помянут-Браун возвращается с новой, четвертой по счёту серией бондианы приключений профессора Лэнгдона. Ну а что, не одним же накачанным самцам мир спасать, нужен нам и интеллектуальный герой. Только вот лекала-то всё те же, и на выходе получается опять такая же оторванная от реальности, упорно игнорирующая реалии своих же прошлых частей сериальщина. Меня, честно говоря, уже немного напрягает тот факт, что в каждой новой книге Браун полностью игнорирует события предыдущей. Забегая вперёд, реальность Лэнгдона после событий этой части меняется ну очень сильно, любопытно, как же Браун на это отреагирует. Ибо реагировать-то всяко придётся, сериальный формат обязывает.

    Серийность, на самом деле, ещё не беда. Вот после "Утраченного символа" мой кредит доверия автору был, как бы это помягче сказать, утрачен. Ибо такого чудовищно иллогичного бреда, да ещё и с унылым скомканным финалом, я ну никак не ожидал от писателя, который хоть и не хватает звёзд с неба, но как нельзя лучше умеет сделать эпический вау-финал. Но тут Дэн исправился, осознал и загладил. Видимо, начитавшись гневных рецензий, он и сам понял, что клепает все части по одной и той же схеме. И придумал грандиозный аттракцион в стиле обмани читателя. Начинается всё в полном соответствии с каноном: Лэнгдон спасает мир/убегает от полиции/крутит роман с очередной суперинтеллектуальной тян, у которой коварные негодяи убили близкого человека. Роберт, отметим мимоходом, внезапно воспринимается сильно моложе себя же из прошлой книги, старина Хэнкс такого плейбоя из университетского кампуса уже не потянет. Ну вот, значит, всё идёт по плану, на заднем плане коварный гений Зобрист, вознамерившийся решить проблему перенаселённости раз и навсегда, расставляет подсказки для желающих сорвать его планы, неведомая мегакорпорация посылает толпы оперативников и манипулирует правительствами, не озаботившись узнать, зачем это вообще нужно, человеки гибнут, нити гей-заговора опутывают планету, жизнь бьёт ключом. Бредовость происходящего такова, что хочется забиться в угол и тихо плакать. Но вот примерно к последней трети романа Дэн ВНЕЗАПНО делает финт ушами, и всё оказывается вполне себе логично и мило: оперативники государственные и патентованные, гей-заговор растворяется в лучах рассвета, гений Зобрист оказывается не идиотом, а просто троллем, который заставил Лэнгдона и прочих высуня язык бегать по всей Европе просто потому, что мог, без всякого ущерба для своих планов. Даже знакомый нам всем шаблон с подругой героя и предательством начинает играть новыми красками. Ударная доза приторной сентиментальности в самом финале немного всё портит, но это же формат.

    Кстати, о формате. При всей своей искусствоведческой антуражности роман стал ещё более поверхностен. Невежество Брауна в науке в глаза не просто бросается, но прямо так напрыгивает тигром, составленный вроде как гением квест спокойно проходится за два часа с гуглом и чашкой кофе у компа. Метания по городам сослужили недобрую службу - впечатления рассеиваются и истираются. Я понимаю, что автору нужно попиарить побольше достопримечательностей, за это ему тоже идёт процент. Но не так же топорно. Ещё позабавил грамотный и рассчитанный product placement айфонов и модных брэндов одежды. Браун вообще хорошо представляет себе свою целевую аудиторию: сравнительно молодых и образованных людей, состоятельных, готовых тратиться на дорогие аксессуары и путешествия, но неготовых или физически не успевающих читать качественную глубокую литературу. Им-то автор и предлагает свой поверхностный сериализированный суррогат с коротенькими главками, голливудским сюжетом и зрелищностью. Сделано это всё очень достойно, но слишком уж очевидно ради денег. Да и Зобрист не такой уж гений, каким кажется - пустить побоку весь естественный отбор, устроив его случайным образом, это ж надо! Если уж отбросить сантименты, то нужно было проектировать как раз вирус, поражающий избирательно представителей этносов, сильнее прочих поражённых воинствующими религиями, страдающих низким уровнем интеллекта и прочее и прочее. Теория золотого миллиарда как она есть.

    "Наш выбор!" Это вот на спинке официального русского издания сообщает нам телеканал ТВ3. Не рептилоиды с Нибиру, конечно, но хоть что-нибудь.

    "Дэн Браун - это современный Жюль Верн или Конан Дойл", Олег Рой, русский писатель букв руками. Уважаемый Олег, пожалуйста, пойдите убейте себя об стену.

    Засим откланиваюсь, по-моему, всё нужное уже сказано.

    Оценил книгу

    "Все бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, бегут и я бегу"
    Слова из песни

    Вот профессор Роберт Лэнгдон, дэнди, в твидовый пиджак одетый,
    Он не ворует пшеницу, которая в темном чулане хранится,

    А вот Сиена Брукс, девица, семи пядей во лбу,
    И мастерица влезать в переделки в Риме, столице.
    Ещё она не отстаёт от профессора Лэнгдона, дэнди, в твидовый пиджак одетого,

    А, напротив, сильно стремится понять и внедриться
    В книгу, которую написал Данте.

    А вот женщина с серебряными волосами.
    Чего она хочет - спросите у нее сами,



    Который не ворует пшеницу, которая в темном чулане хранится,
    А, напротив, сильно стремится понять и внедриться,
    В книгу, которую написал Данте.

    А вот статуя Давида без штанов, которая хмурится и злится,



    Которая повязана с Сиеной Брукс, девицей, семи пядей во лбу,
    И мастерицей влезать в переделки в Риме, столице,
    Которая не отстает от профессора Лэнгдона, в твидового пиджак одетого,
    Который не ворует пшеницу, которая в темном чулане хранится,
    А, напротив, сильно стремится понять и внедриться
    В книгу, которую написал Данте.

    А вот Инферно, страшное и злющеее,
    Которого все боятся, (а что же оно такое - опять читайте сами),
    Которое на статую Давида косится, которая хмурится и злится,
    Что на книге страницах на нее пялятся разные лица,
    И ей плевать на женщину с серебряными волосами,
    А чего она хочет - спросите ее сами,
    Которая повязана с Сиеной Брукс, девицей, семи пядей во лбу,
    И мастерицей влезать в переделки в Риме, столице,
    Которая не отстает от профессора Лэнгдона, в твидовый пиджак одетого,
    Который не ворует пшеницу,которая в темном чулане хранится,
    А, напротив, сильно стремится понять и внедриться
    В книгу, которую написал Данте.

    А вот веселая птица-синица,
    Которая на крышу палаццо садится и думает:
    "Блин, где ты взялся Дэн Браун? Ну какого ты не перенес действие книги в какую-то китайскую провинцию,
    Ведь от беготни твоих героев у меня перед глазами все мельтешит..."

    Если серьезно, роман не очень понравился. Слишком много описаний, беготни и мелькания. Но если учесть, что после "Кода да Винчи" появилось множество литературно-артефактной чепухи, то на фоне этих "произведений" "Инферно" смотрится очень даже ничего.

    Оценил книгу

    Роберт Лэнгдон 04

    И снова здравствуй, мистер Браун. Давненько не виделись.

    За те 4 года, пока Роберт Лэнгдон сидел тихонько в своем университете, учил детишек уму-разуму, истории культуры и символизму, мистер Браун поскучнел. Или я подросла. Не знаю, что ближе к истине, то "Инферно" показалось гораздо более вымученным, чем предыдущие три книги вместе взятые. Но вполне удобоваримым для переключения мозгов на ненапряжное и местами даже познавательное чтиво.

    Как водится, мир в очередной раз в опасности. И спасать его будет не Бэтмен, не Супермен, не Человек-Паук, и даже не Россомаха (а жаль:)), а интеллигентный очкарик с лицом Тома Хэнкса (привет и поклон Голливуду) с очередной смазливой подружкой, которой суждено кануть в Лету до выхода следующего тома с похождениями профессора, как это произошло с ее тремя предшественницами.

    Мир на пороге перенаселения. Лишний миллиард-другой людей на планете - и вода, воздух, полезные ископаемые и природные ресурсы станут на вес золота. Проблему не помогает решить популяция контрацепции (а здесь привет католической церкви и Папе Римскому лично). И - пам-па-ра-рам - на сцене появляется безумно талантливый и немного сумасшедший (в лучших традициях жанра) генетик, который разрабатывает генетический вирус, способный решить эту проблему. Понятное дело, узкий круг посвященных в панике, и человечество нуждается в спасителе. Но мускулистый красавчик здесь не поможет, потому что поведенный на "Божественной комедии" Данте злой гений спрятал творение свою бомбу замедленного действия так, что найти ее под силу только высоколобому специалисту по Средневековью.

    Несмотря на откровенно высосанный из пальца, а местами и наповал сражающий своей неправдоподобностью сюжет, читать большей частью занимательно. Браун приводит массу интересных фактов, которые в путеводителях и справочниках вгоняют в тоску, а вот в качестве элементов квеста на ура проглатываются читателем. Лэнгдон сыпет фактами направо и налево, а его новая помощница с энциклопедической памятью временами тоже блещет познаниями. Баланс между развлекаловкой (пиф-паф-ой-ой-ой, догони-меня-спецназ и пр.) и небольшим экскурсом сначала в творчество Данте, а потом и в историю архитектуры Италии и Турции выдержан вполне достойно, за что автору респект и уважуха.

    В целом - неплохой образчик в своем жанре, заслуживающий пары потраченных вечеров, если мозг нуждается в апгрейде. Подходить к Брауну лучше без завышенных ожиданий - лучшим что он написал (и лучше уже, наверное, и не напишет) были, есть и будут первые две книги - "Ангелы и демоны" и "Код да Винчи", по сути положившие начало шествию по планете голливудско-интеллектуального триллера. Хаять Брауна я не буду (хоть это и является признаком "хорошего литературного вкуса" (с), но и возносить тоже, ибо не за что. Крепкий середнячок в своей нише, без которых было бы скучно, ведь гениев так мало, а откровенных графоманов - так много.

О новом бестселлере американского писателя

Название этого романа составляло коммерческую тайну и долго держалось в секрете. Еще бы, - волнение и ожидание публики, «подсаженной» на бестселлеры Дэна Брауна, только увеличивалось и, наконец, с выходом романа в США и Канаде в мае этого года, преобразовалось в цифры тиража. Издательство обещало, что первый тираж книги составит 4 миллиона экземпляров, а планку в миллион экземпляров новый роман «Инферно» преодолел за первые пять дней продаж.

«Инферно» – это четвертая часть книжной серии сверхпопулярного в мире американца. Сначала - «Ангелы и демоны» (2000), затем – скандальный, переведенный на 51 язык, проданный тиражом в 81 миллион экземпляров роман «Код да Винчи» (2003) и «Утраченный символ» (2009). Эти три книги тоже в первую же неделю, как появились на рынке, немедленно заняли главное место среди списка бестселлеров. В общем, нынешняя новинка о символоге и искусствоведе-профессоре Лэнгдоне быстро оккупировала не только книжное пространство, но и поселилась в головах, в том числе и наших соотечественников. У меня в руках книга, изданная АСТ тиражом в 150 тысяч экземпляров. Не мало.

Но это все – присказка. Сказка будет впереди.

Мировой игрок

Читатели Брауна – молодые, а потому его книгу можно рассматривать как послание к ним, а значит – послание к будущему. В сети какого же послания улавливает американец миллионы людей в нашем мире?

Автор «Инферно» умеет считывать темпо-ритмы восприятия мира современным человеком; это значит, что он умеет делать сюжет, держащий в напряжении внимание читателя от начала и до конца, подчиняя его одновременно более сложным смысловым задачам; это значит, что он использует приемы интеллектуального детектива и втягивает читателя в роман, превращая его в активного игрока: вместе с главными героями он совершает путешествия по городам, странам, музеям, всюду вычитывая знаки и символы, приближающие его к финальной разгадке. Читатель - именно игрок, втянутый в действие. При этом за короткими, мелькающими как кадры в кино, 104-мя главами, стоит реальная роскошь культуры эпохи Возрождения. Великих итальянцев. Гламур надоел. Читатель любит реал.

Титаническая фигура Данте, постоянно цитируемые строки «Божественной комедии» с картинами «девяти кругов ада (инферно)», подробное описание старой архитектуры (музеев, палаццо, дворцов, пещер и пр.) поданных в символогическом и демонологическом ключе, но и вплетенных интригой в современность создают иллюзию серьезного «философского романа». Однако, читать роман легко… Да иначе и быть не могло – ведь речь идет о массовом издании и о том читателе, который Данте (чаще всего) не читал… А страница благодарностей, которые автор выражает туче разных специалистов, говорит, действительно, о большой и кропотливой работе.

У Дэна Брауна прошлое активно работает на современность. История прошлая – культуры, власти, и даже ужаса истории – проступает сквозь время, обитает в дне сегодняшнем, и он актуализирует этот дух иных времен через интригу и считывание символов. И работает интересно. Вот этого в нашей русской культуре, увы, практически нет. Мы ТАК не умеем. У нас потрясающе талантливые писатели живут как отшельники и не надеются на понимание современниками, или, напротив, создают немыслимые истории, но при этом не имеющие отношения к реальности. И, наконец, свое «сегодня» мы не приучены читать и распространять – у нас нет авторитетных литагентов и литагенств, которым бы мы доверяли и которые бы реально были заинтересованы в транслировании в мир наших собственных идей.

Быть может, все это происходит потому, что мы больше себя не мыслим мировыми игроками? Зато читаем теперь американского писателя Дэна Брауна, безусловно, относящегося к касте мировых игроков.

Не случайно даже на обложке русского варианта после названия «Инферно» написано: «Книга, которую ждал весь мир». Америка и тут верна себе: уверенность в своей «миссии для мира» транслируется и через культуру.

Мир ждал. И дождался…

Не плодитесь, не размножайтесь…

Я не буду рассказывать сюжетных хитросплетений: суть в том, что всех героев романа стягивает в единый узел интриги одна идея, принадлежащая генному инженеру, «отцу зародышевого манипулирования» Бертрану Зобристу, – «гениальному и безумному». Вот его идея: «…будущее мчится на нас с неумолимостью мальтусовских расчетов…Наша способность к размножению настолько превосходит способность зем­ли прокормить нас, что преждевременная гибель в той или иной форме становит­ся для человечества неизбежной. Активным и мощным фактором сокращения населения являются людские пороки. Они служат предвестниками пробуждения огромных разрушительных сил и нередко сами же довершают смертоносную работу. Если им не удается победно закончить эту войну на истребление, за дело берутся эпидемии, мор и чума, сметая на своем пути тысячи и десятки тысяч человек. Если же и этого оказывается недостаточно, следом приходит голод и одним могучим ударом приводит численность населения в соответствие с запа­сами пищи…. Если человечество не контролировать, оно развивается по­добно раку. Сидеть сложа руки - значит приветствовать Дантов ад, где все мы погрязнем в грехе, будем голодать и задыхаться от тесноты…И я отважился принять вызов.

Кто-то отшатнется в ужасе, но спасение никогда не дается даром. Когда-нибудь мир оценит красоту моей жертвы. Ибо я - ваше Спасение. Я Тень.

Я открываю путь к Постчеловеческой эре».

Зобрист, – исчезнув из мира с помощью организации, оказывающий за очень большие деньги такие услуги, – за год одиночества изобретает такой вирус, который тихо, без боли, без тысячи тысяч смертей и страданий (как это было при черной смерти - чуме) внедряется в генетический код человека и …делает человека бесплодным… Постепенно, без мук, человечество начинает сокращаться (предел сокращения заложен изначально спецификой работы вируса).

А сам Зобрист эффектно, почти как оперный спектакль (благо дело происходит в основном в Италии), обставит последние дни своей жизни: самоубийство произойдет в день, когда весь мир будет заражен его вирусом.

И в этот же день уже в Стамбуле, когда-то в Константинополе Византийской империи, откуда безумец определил распространяться вирусу, будет звучать самое знаменитое произведение Листа «Данте-симфония», вдохновленная дантовскими образами сошествия в ад и возвращения из ада. Зобрист бросится с башни Бадия во Флоренции. Это – его жертва постчеловеческой эре. Это день отсчета будущей смерти большей части человечества. Апофеоз, так сказать.

Смею настаивать, что именно идея правильности мальтусовских расчетов (плодовитости от избыточного деторождения и ужасного многолюдства) транслируется всему человечеству и юношам, что жадно читают Брауна. Это – главное его послание массам, то есть человечеству. Причем ощущение жуткой тесноты в мире (образ многотысячной толпы не раз элегантно возникает в романе), его страшной перегруженности присутствует в романе в вполне художественных образах: тьма туристов, бродящих по Флоренции, Венеции, Стамбулу описана с ненавязчивым акцентированным мастерством. Причем автор явно опирается на наш личностный опыт столкновения с перегруженностью пространства, знакомой почти всякому жителю больших городов и хоть чуть путешествующему по миру…

Смыслы и технологии

Теория Мальтуса (английского математика и демографа, в XIX веке говорившего о грядущем глобальном перенаселении планеты) налагается теперь на новейшую идеологию трансгуманизма (или постгуманизма). Но что наступает ПОСЛЕ человека?

Так, наш отечественный радикал Илья Кормильцев (1959-2007), руководитель ряда проектов «Ультракультура», у которого мир потребления вызывал протест, говорил: « Двигаться можно только вперед. Вслед за "смертью Бога" должна с неизбежностью наступить "смерть Человека"». В таком случае «постгуманизм» получается чем-то иным, где уже нет места традиционному человеку с его теплотой, его трагедиями и слезами, а это значит, что сам человек должен преобразоваться в нечто – и даже не в ницшеанского сверхчеловека, а в постчеловека: переделать самого себя. В постгуманизме недавно выделилась новая ветвь, которая называется трансгуманизмом, то есть «гуманизм плюс» или «больше гуманизма». Общей чертой трансгуманизма и постгуманизма является предсказание некоего нового разумного вида, в который эволюционирует человек.Этот новый вид должен пополнить (или даже заменить) человечество. Трансгуманисты устремлены в будущее – в постчеловеческое (как и герой Брауна). Собственно Браун очень последовательно, только с красивыми историческими декорациями изложил их взгляды: непрерывный технический прогресс уже к 2050 годам позволит создать постчеловека, который будет обладать исключительными способностями, опираясь на генную инженерию, на молекулярные нанотехнологии, на создание прямых интерфейсов «компьютер—мозг». Будут ликвидированы старение и смерть, и, напротив, – повышены умственные и физические возможности человека.

Исчезнет многое: старая дихотомия «чистого и нечистого»; из обихода исчезнут такие понятия, как «история», «развитие» или «эволюция», так как люди научатся управлять генетическими процессами. Миллионы постлюдей будут генетически модифицировать себя по нескольку раз в день, глотая разноцветные пилюли. Ежедневно в мире «будут появляться и исчезать новые расы, отряды, семейства и царства живых существ, подобно тому, как сегодня незаметно для нас это происходит с колониями бактерий…». Человек, как бактерия, получает немыслимую управляемую универсальную простоту.

Вирус плюс

В романе «Инферно» автор к трансгуманизму добавляет существенные «детали», связанные с возможностями управления человеком. Технология Бертрана, - рассказывает его ученица Сиена, – генетический вирусный век­тор, заражающий огромные массы людей, -- самое мощное ору­жие, что когда-либо создавалось. Оно прокладывает путь к таким ужасам, каких мы и представить себе не можем, включая адресное биологическое оружие.

Вообразите патоген, атакующий только тех, чей генетический код содержит определенные этнические маркеры. Это будет широкомасштабная этническая чистка на ге­нетическом уровне!

И наконец, еще один тезис трансгуманистов: они говорят, что современных школьников заставляют жить по суровым стандартам XIX века. Их готовят к жизни в обществе, которого уже нет. Это иерархичное и строго регламентированное общество, напоминающее так и не реализованный общественный идеал из «Машины различий». Современное общество является информационным, но оно не тотально и не иерархично; поэтому образование для соответствия реалиям сегодняшней жизни вынуждено будет отказаться от каких бы то ни было устойчивых ценностей и канонов (и мы видим, что это уже делается). Мир будущего будет пронизан сетями и технологиями.

И последний вывод постгуманистов. Итак, – говорят они, – мы способны понять собственную ограниченность и упразднить себя, осознанно поднявшись на следующую ступень. А для этого нужно «слезть с дерева гуманистической цивилизации». И герой Брауна «слез» – спрыгнул с башни во Флоренции (это произошло на родине Данте, – его описания ада, биография, и даже посмертная маска искусно вплетены в интригу романа).

До недавнего времени мы считали, что термин «технология» применим только к областям техническим. Однако сегодня, в эпоху сетей и гугла, мы видим, что технологии могут быть и политическими (социальными), и гуманитарными. Само по себе такое понятие как гуманитарная технология вызывает у нас некоторую настороженность, что вполне справедливо, т.к. мы понимаем, что речь идет не о «поиске истины», но об обслуживании чьих-либо интересов, – то есть речь идет о «культурной гегемонии» (А. Грамши) тех или иных экспертных групп. Современная гуманитарная ситуация в области культуры такова, что постоянно демонстрирует нам власть культурно-интеллектуальной моды, - модных писателей, например, чьи имена превратились в бренды (но даже самый яркий отечественный писатель-бренд, как Пелевин, не может сравниться с масштабами влияния Дэна Брауна). Речь идет не просто о массовой литературе, но именно о литературе тиражной, – той, что претендует на господство, поскольку полагает, что именно она лучше всего представляет ситуацию Современности.

Каковы же эти смыслы и техники, их обслуживающие, в новом бестселлере Брауна?

Самый броский прием самоутверждения современной культуры можно назвать эстетической диверсией или эстетической провокацией. В определенном смысле и роман Дэна Брауна именно такой.

Он, как и прежде, провокативен по отношению к христианству.

Христианство в романе дано как красивая и неактуальная древность… Не более. Автор сдал христианство в музей. Да, в романе даже мало иронии в адрес католиков: смыслы и ценности христианства попросту автору не интересны.

Зато с большим художественным чувством рассказывается о музеях, дворцах дожей, архитектуре старых городов как местах силы, славы, денег и власти. Автор говорит о мозаиках баптистерия, храме Айя-София в Стамбуле, базиликах Флоренции и Венеции; он восхищается музеями, созданными христианами, живописными шедеврами, свечениями и оттенками архитектурных шедевров... Он видит христианский мир с позиций туриста (и отчасти профессионала – главный герой хорошо знает христианскую символогию, но является при этом затрапезным дарвинистом при мировой известности).

Роман Дена Брауна провокативен в отношении культуры.

Автор с большим вкусом описывает сакральные и инфернальные места древности. Акцент на Дантовом аде (инферно), образы теней, черной смерти (доктора в чумной маске) играют важную мета-поэтическую роль в тексте и заканчиваются заявлением Зобриста о том, «что Черная Смерть была самой большой удачей Европы»: «многие историки отмечают благоприятные социоэкономические последствия массового вымирания европейцев в четырнадцатом веке. До Великой чумы средневековая Европа страдала от перенаселения, голода и экономических трудностей. Но тут явилась ужасная Черная Смерть - и, эффективно «про­редив человечье стадо», создала изобилие еды и возможностей, которое, по мнению многих историков, стало главным катализатором развития Ренессанса».

Управление с помощью удивления и страха это очень древняя, знакомая уже в античности технология. Филолог-классик Е. Авдеенко говорит, что античная трагедия была народным богословским действием, а ужас трагедии был началом жизнеутверждающим. Но, собственно, чтобы это было так, создатель трагедии должен уметь «стоять на пределе», уметь «блюсти предел» и видеть его как последнюю меру взвешивания, как основание нравственности. Все это очень сложно, все это требует большой тренировки для обладания таким мировоззрением.

Роман «Инферно» тоже предлагает тренировку, но в другом мировоззрении: у читателя возникает своеобразный «кайф» от погружения в страшное – в ужас от неизбежной гибели миллионной толпы; и одновременно некое снимающее ужас удовлетворение от причастности к мировым проблемам, которую дает роман. Ведь к молодому читателю обращаются прямо: «Неудивительно, что на Зобриста сразу накинулись со всех сторон, - продолжала Сиена. - Политики, священники, Все­мирная организация здравоохранения - все высмеяли его как безумца, который предвещает конец света просто ради того, чтобы сеять панику. Особенно их взбесило его утверждение, что дети сегодняшней молодежи, если она пожелает их произвести, в бук­вальном смысле станут свидетелями гибели человечества.

Зобрист проиллюстрировал свои мысли «Часами Судного дня» - они по­казывают, что если всю историю человечества на планете спрессо­вать в один-единственный час... то мы сейчас доживаем его по­следние секунды.

Роман «Инферно» с большим воодушевлением показывает, что уже заменены христианские ценности на антиценности магии, а то, что предлагает главный герой только выглядит аморально, поскольку никто не может понять его отважного выговаривания правды: «Инферно Бертра­на - долговременное решение, решение навсегда... трансгумани­стическое решение… Он подарил человечеству доступ к процессу эволюции, предоставил ему воз­можность работать над своими видовыми свойствами, так сказать, широкими мазками».

Мы, конечно, понимаем разницу между автором и героем, но, тем не менее, заметим, что если пружина интриги сначала сжималась (с героем все старались бороться, в том числе и реально существующая Всемирная организация здравоохранения – в лице героини Сински), то к развязке интриги уже и она – главный борец с безумным генным инженером – признает правду о перегруженности земли населением, и узнав о том, что все человечество заражено вирусом бесплодия, говорит, что может быть, мы ничего и НЕ БУДЕМ предпринимать…Никто в романе не оспаривает главную мальтузианскую идею о перенаселенности земли как причине скоро грядущей гибели человечества. Замечательно, что в беллетристическом сочинении Браун использует графики, таблицы, цифры, то есть документальные приемы (как и с введением в контекст такой организации как ВОЗ, которая в реальности озабочена проблемами контрацепции и планирования семьи). Так работают технологии: вольно, с документом и графиком в руках, или невольно убеждают в том, в чем нужно убедить…

Ну, а уж такие «оговорки», как та, что пороки и сексуальные извращения (геи, например) есть ПУТЬ к спасению от перенаселения, – такие акценты на фоне всего остального кажутся уже и не столь «страшными» (Браун тут выступает как явный агент глобализма). Кстати, злой гений Зобрист имел любовные связи как с мужчинами, так и с женщинами-учениками.

Последователи трансгуманизма, как утверждает роман, есть всюду: и в частных закрытых предприятиях, оказывающих тайные услуги государствам, правительствам и очень богатым гражданам; есть среди фантастически одаренных интеллектуалов, среди профессионалов самой высокой пробы. Но все они одиноки и не поняты. Все они исключительно талантливы и обладают особым зрением, которого лишен человек толпы.

И еще одно наблюдение: в романе, который завершается картиной тотального поражения всего человечества вирусом бесплодия, уже НЕТ детей, НЕТ семей.

Комфортно одинок главный герой - искусствовед Лэнгдон, как и окружен учениками, но не имеет семьи его антипод – изобретатель вируса Зобрист; одинока и бездетна ученица его Сиена Брукс (человек, сверходаренный от природы); одинока и давно бесплодна (и она это знает и иногда печалится) глава Всемирной организации здоровья (ВОЗ) Элизабет Сински; в холодной роскоши и аккуратном одиночестве супердорогой яхты проводит свою жизнь торговец ложью и обманом Шеф (у него нет имени)…ОНИ УЖЕ БЕСПЛОДНЫ ОНИ УЖЕ БЕЗДЕТНЫ, а потому не могут воспринимать как трагедию ни свою зараженность вирусом, ни то, что им заражено все человечество…И очень слабо, еле-еле, скромным пунктиром, намечена возникшая человеческая теплота в сцене финального расставания Лэнгдона и Сиены…

Американская культура часто устремлена в будущее. Будущим в романе распоряжается вирус Инферно. Миллионам читателей транслируется послание о перенаселенности земли, имеющей только одно «спасение» –– бесплодие.

Специально для Столетия

«Оставь надежду, всяк сюда входящий» (с) «Божественная комедия» Данте

Загадки для домохозяек - где-то прочитала я оценку творчества Дэна Брауна. И почему-то все твердят, что «Код да Винчи» был плохим фильмом. С обоими определениями я не согласна, и это надо учитывать, чтобы дальше читать мою рецензию на новую экранизацию романа-головоломки «Инферно». Книга, кстати, первая, которую я прочитала у Брауна, показалась мне занятной. А первая посмотренная экранизация (я про «Код да Винчи») подарила мне наслаждение, сравнимое с просмотром «Индианы Джонса и последнего крестового похода». Значит ли это, что я не способна увидеть недочёты в фильме «Инферно»? Нет. Просто я не намерена разносить в пух и прах картину, которая создавалась с одной только целью - накормить изголодавшегося по приключенческому кино зрителя.

Жанр боевик, триллер, драма, криминал, детектив

Страна США, Япония, Турция, Венгрия

Режиссер Рон Ховард

Продюсер Майкл Де Лука, Андреа Джаннетти, Брайан Грейзер

В ролях Том Хэнкс, Бен Фостер, Сидсе Бабетт Кнудсен, Фелисити Джонс, Ирфан Кхан, Омар Си и др.

«Инферно» разительно отличается от предыдущих романов и фильмов тем, что не копается в сущности религии и не пытается развенчать вековые церковные мифы. Этот фильм наоборот укоренён в современность и даже замахивается на будущее. А следы прошлого в нём - лишь красивые жесты, которые может себе позволить очень состоятельный человек - Бертран Зобрист. Именно он разработал вирус «Инферно», который может уничтожить большую часть рода людского. Разработал, выбрал удобный момент для распространения, спрятал мешочек и… умер. А профессору Лэнгдону теперь это всё разыскивать. Вместе со своей памятью, которую ему отшибло. Потому что, как обычно, его способность к дешифровке культурных кодов нужна и плохим парням, и хорошим, и человечеству в целом.

Главный вопрос, которым я задалась после прочтения романа, хватит ли тяму у голливудских боссов оставить оригинальный книжный финал. В нём, несмотря на жвачное повествование, была провокация. И мне нужен этот спойлер, чтобы объяснить, чем фильм «Инферно» всё-таки плох. Финал не просто изменили, его переписали в боевик, который смотрится совсем неуместно в истории про рыхлого, хоть и вечно бегающего учёного. И трусливо с позиции продюсеров.

Динамика в этом фильме вообще как-то мало сочетается с состоянием профессора Лэнгдона, в которого то ли стреляли, то ли его били, то ли наркотиками накачали, но факт, что он не в порядке. То есть, даже если вы понимаете, что вся эта история выглядит не совсем правдоподобной, всё равно хочется сохранить хотя бы физическую связь с реальностью в виде усталости, боли, времени, которое люди тратят на то, чтобы из точки А добраться в точку Б. А ничего подобного в «Инферно» нет. Вот как на постере главные герои бежали, так они и будут бегать до самого финала в обуви разной степени удобства, костюмах, раненные или просто голодные. Ну, ведь надо же мир спасать!

В спасении мира, точнее, в поводе, по которому его надо спасти, и кроется великий (сейчас без сарказма) смысл фильма «Инферно». Он задаёт зрителям неприятный вопрос: а не слишком ли нас много расплодилось на Земле? Не слишком ли мы её загадили собой? И ответ-то очевиден. Тема, разумеется, не новая. Острая. Болезненная. Но вот в чём проблема: кассовое кино должно нести позитив в массы. И в этом смысле фильм проиграл книге просто потому, что максимально мягко прошёлся по причине создания вируса, по философии «убийцы» и по тому, что проблема перенаселения планеты, как ни крути, реальна.

Но зато вам больше не придётся читать «Инферно», разглядывая фотографии описываемых мест и произведений искусства на компьютере. Фильм довольно точно пересказывает основной сюжет, отмахивается от частностей и честно показывает зрителям Флоренцию, Венецию и Стамбул. А также посмертную маску Данте, разумеется, не подлинник, и гравюру Боттичелли «Карта Ада». Именно о гравюре хочется говорить отдельно. Если весь фильм - это пробежка галопом по Европам и вообще картина на потребу публике, то ожившая в галлюцинациях Лэнгдона картина - настоящее авторское произведение искусства. Такое впечатление, что Рон Ховард сбегал в этот Ад, когда уставал от этого излишне потребительского проекта. Стильный, чуть пугающий, накрывающий собой. Его хочется рассмотреть в деталях, но в то же время понимаешь, что его суть - в хаосе.

А в центре этого месива сидит и недоумевает нарочно обрюзгший Том Хэнкс. Пожалуй, он и надежда на интересное приключение - главные опоры «Инферно». Надежда тает, Хэнкс доигрывает партию до конца. Наверное, возьми Рон Ховард на роль профессора Лэнгдона кого-то другого 10 лет назад, мы бы съели, привыкли и простили. Но с другой стороны было важно поддержать развлекательное кино не просто кассовым актёром, а актёром, который умеет удерживать зрительское внимание. В романах Дэна Брауна всё же есть место драме. Даже в скорректированном боевом финале Хэнкс удерживается от соблазна скинуть костюмчик рохли и довольно неуклюже выполняет тот минимальный набор трюков, который требуется для накала действия.

Чего не скажешь о его партнёрах. Экранизации романов Дэна Брауна сами требовали интернационального актёрского состава. Вот и тут в списке значится британка, француз, индус, датчанка, румынка и турок. С одной стороны, лишённые всяческого национального колорита, с другой - чётко расставленные по своим местам. Как я уже сказала, герои практически лишены предысторий: режиссёр даёт небольшие сольные выступления Фелисити Джонс, Омару Си, Ирфану Кхану и Сидсе Бабетт Кнудсен, но лишь для того, чтобы уже побыстрее распутать клубок причинно-следственных связей, которые и без прочитанного романа не очень сложно просчитать. Это нормальное последствие, когда пытаешься ужать в сценарий 2-х часового фильма толстенький роман. Претензий особо нет, кроме, разве что, совсем топорной подачи персонажей. Как я уже сказала, «Код да Винчи» в этом смысле для меня остается образцовой экранизацией произведения Брауна. Там героев было интересно разглядывать. В «Инферно» хочется, чтобы они уже поскорее добежали до точки назначения и скрылись с глаз долой. Особенно надежда британского кинематографа Фелисити Джонс. Очевидно, что в проект актриса попала на волне своей внезапной популярности и ладно, что не соответствовала яркому прописанному в книге персонажу, она едва ли подходит под определение «загадочная». Или «отчаянная». Или «опасная». Наверное, проще сказать, что она в этом фильме не на своём месте.